Один из приемов, который помогает найти не тавтологичное обоснование – подумать: при каких условиях следствие можно получить и без причины? В ответе на этот вопрос и будет намёк на обоснование. В мыслительных инструментах Голдратта этот прием называется поиском обоснования через инверсию (К сожалению, не могу здесь дать ссылку на конкретную книгу, так как сам узнал об этом методе на лекции Александры Брызгаловой, чей ум безмерно ценю.). Давайте рассмотрим пример использования этого подхода.
С одним из учеников мы рассматривали фрагмент логической структуры плана проекта по подготовке к триатлону. Одна из причинно-следственных связей в этом плане имела тавтологию вместо обоснования (обоснование вида «ПОТОМУ ЧТО без причины невозможно получить следствие» – это частный случай тавтологии):
На замечание о том, что обоснование здесь не добавляет ничего нового к уже имеющейся причинно-следственной связи ученик ответил:
— Я просто не понимаю какое ещё тут может быть обоснование… реально же надо тренироваться…
Наверняка вы тоже сталкивались с подобной ситуацией, когда вы откуда-то «знаете», что для получения результата надо сделать определенное действие. Но откуда вы это «знаете» и почему это действительно «надо» – не понятно. Попытка найти ответ на этот вопрос откликается в голове системной ошибкой: «Ответ не найден» и каждый на это реагирует по-своему. Кто-то начинает возмущаться тому, что к нему докопались до очевидного, а кто-то начинает серьезно задумываться: «Ведь я собирался что-то сделать, не понимая, а почему это «надо»? А вдруг это не «надо», а, например, «можно». Да, у меня могут быть свидетельства других людей, что они делали это действие и получали такой результат, но почему я решил, что это единственно возможный способ?...» Вы же помните, как в разделе 3.2.3 мы обсуждали, что успешный опыт может быть свидетельством достаточности, но не может быть доказательством необходимости? Фраза: «мы всю жизнь это делали таким образом» не говорит, что по-другому это сделать нельзя. Вдруг можно? И размышление в эту сторону может помочь найти «третий элемент».
Воспользуемся методом поиска обоснования через инверсию, для чего подумаем, а при каких условиях (разного уровня бредовости), мне не нужно было бы ходить в бассейн, чтобы подготовиться к триатлону?
Например, если бы я… был уже подготовлен к прохождению полной дистанции триатлона. Или я бы в своей повседневной жизни и работе плавал по нескольку километров. А зачем мне плавать? Чтобы запустить процессы адаптации организма к специальным физическим нагрузкам.
И тут у нас появляется третий элемент: «запуск процессов адаптации». А точно для того, чтобы запустить процессы адаптации нужно плавать? Можно ли запустить эти процессы ещё каким-то способом?... В этот момент ученика осенило:
— Точно! Есть же ещё «сухое плавание» в зале. А еще существует комплекс специальных упражнений! А ещё …
Таким образом ученик смог увидеть альтернативное решение, которое в его обстоятельствах оказалось более приемлемым (на бассейн надо было «искать время, а его и так не хватает», а «сухое плавание» было доступно в том зале, где он тренировался).
Давайте рассмотрим еще один пример обоснования через инверсию:
Изначально эта улитка также содержит тавтологию в обосновании, так как уже из самой причинно-следственной стрелки понятно, что ранние подъемы дают возможность работать над стратегическими (важными) задачами и нет необходимости повторять это ещё раз под видом обоснования. Но можно ли обойтись без этого?
— Для того, чтобы успевать делать стратегические задачи мне нужно просыпаться в 6 утра.
— А так всегда было? Или случались какие-то дни, когда ты мог поработать над стратегическими задачами, просыпаясь позже?
— Было относительно недавно. Когда мои домашние уехали на дачу, а мне надо было на два дня остаться в городе.
— И во сколько ты тогда вставал?
— В начале девятого, что мне, конечно же, комфортнее.
Из этого мы видим, что третьим элементом в обосновании являются «мои домашние». Давайте проследим, как из этого и других «третьих элементов» вытекают идеи альтернативных решений.
— А что не так с твоими домашними?
— С ними все хорошо, только дети не всегда понимают, что я занят. Шумно играют, могут подбегать со своими детскими вопросами: можно ли включить мультики, где у нас краски, а когда мы пойдем гулять и пойдем ли сегодня на горку. Это, конечно, мило, но сосредоточиться не дает. А мне нужен хотя бы час-полтора в полной тишине, чтобы сделать хоть какой-то осмысленный кусок работы. Мелкие операционные задачи в таких условиях я делать могу, а вот вдумчивую сложную работу уже нет.
— А если бы у тебя был кабинет…
— Поверь, моих это не остановит. Пока они спят – есть шанс что-то сделать, если же они проснулись, то в квартире от них уже не скрыться.
— А за пределами квартиры?
— В офисе я уже работал, там еще хуже.
— А чего плохого в офисе?
— Там коллеги, они ещё хуже, чем дети. Такое ощущение, что как только меня видят, то тут же вспоминают о том, что хотели со мной обсудить. До туалета невозможно дойти, чтобы кто-то не поймал и не начал что-то спрашивать.
— Интересно, а есть ли в мире места, где до тебя не доберутся дети и где ты не будешь бросаться в глаза коллегам? И не дома, и не в своем офисе?...
— Ха-ха, в чужом офисе?
— Кстати, вариант.
— Да это я в шутку сказал.
— Ну и что, а идея-то стоящая. Если ты в своем же офисе, но на другом этаже где-то сядешь?.. Или в коворкинге. Или в кафе.
— А что плохого в подъеме в 6 утра?
— Все хорошо. Если тебя такой подход не напрягает, то просто замечательно. Но если вдруг с ним возникнут проблемы, то знай, что мега-ранние подъемы – это далеко не единственный способ заниматься стратегическими задачами.
Давайте рассмотрим еще один пример, когда поиск обоснования ни к чему не приводит:
— Для того, чтобы разработчики выполняли больше задач, нам нужно привязать их премию к количеству закрытых задач в трекере.
— Интересное решение. А при каких условиях можно было бы повысить скорость работы разработчиков без премий за число закрытых задач?
— Ну, если бы разработчики ответственно относились бы к своей работе.
В ответе появилось новое имя прилагательное, но вместо прояснения понятий, давайте уточним структуру картины мира человека. Для него «ответственно относиться к своей работе» (что бы это ни значило) – это альтернативное решение (и тогда в нем можно поискать третий элемент) или это промежуточное следствие?
— А если мы будем платить разработчикам премию за закрытые задачи, то у них уже не будет необходимости ответственно относиться к своей работе? Они и без ответственного отношения смогут закрывать больше задач?
— Конечно нет! Ответственное отношение нужно всегда.
— То есть, премия за закрытые задачи должна как раз сделать это отношение более ответственным?
— Разумеется.
Структура понятна, «ответственное отношение» – это не альтернативное решение. Возможно – это промежуточное следствие. Попробуем найти обоснование методом инверсии для улитки «премия -> ответственное отношение»:
— А при каких условиях разработчики относились бы к своей работе более ответственно, без премий за закрытые задачи?
— Ну я даже не знаю. Если бы их нормальными наняли изначально.
— Как интересно, то есть вы наняли ненормальных разработчиков и пытаетесь компенсировать их ненормальность премиями?
— Ну не я их нанимал, они такие еще до меня были.
— А как ты понял, что они ненормальные? Если бы они были нормальными, то как бы ты это понял?
— Они бы просто делали, что им говорят. Быстро и без лишних вопросов.
Опять прилагательное – «лишний».
— А какие вопросы они тебе задают и почему ты считаешь такие вопросы лишними?
— Извини конечно, но это вот такие же вопросы, как ты сейчас задаешь: что такое нормальный? Какие вопросы лишние? Тут же и так все понятно – есть работа, её надо делать, а не вопросы задавать. За работу платят зарплату, нет работы – нет зарплаты.
Картина мира человека из данного примера – отдельная тема, не будем её сейчас касаться. Здесь важно другое: мы не видим обоснования причинно-следственной связи «премия -> скорость работы». Если мы не видим обоснования, то это ещё не означает, что его нет. Но и уверенность, что планируемое изменение (премия за закрытые задачи) приведет к ожидаемому следствию (количеству закрытых задач) отсутствует. В этой ситуации у нас же могут быть и другие следствия. Например:
- Разработчики начнут дополнительно декомпозировать задачи, чтобы повысить их число (иногда, кстати, декомпозиция действительно может принести пользу, но если она проводится только с целью получения премии, то это не факт),
- Разработчики начнут заводить задачи на любую выполняемую работу (само по себе это, кстати, тоже не так уж и плохо),
- Разработчики будут выбирать самые простые задачи и делать и в первую очередь, бесконечно откладывая выполнение важных задач на потом.
Чтобы понять, какой из этих вариантов имеет больше шансов на реализацию, можно использовать инструмент анализа конкурирующих гипотез. Здесь же стоит отметить главное: иногда даже метод инверсии не может натолкнуть нас на разумное обоснование. Например, в ситуации, когда причинно-следственной связи просто нет.