Очередной перевод с moretothat, надолго застрявший в аде разработки (мне нравится стиль рисовки автора, но, боже, как же муторно переводить картинки...)
Завтра не обещано ни для одного из нас, но мы всё равно живём так, как будто каждое утро нас ждёт новый день. Это парадокс нашего существования – мы осознаём, что мы не вечны, но смотрим на жизнь, как на что-то вечное. Наверное, природа так сделала для того, чтобы наш разум не так сильно волновал экзистенциальный кризис. Всё-таки, если бы мы и правда проживали каждый день, как последний, то оказались бы в достаточном количестве опасных ситуаций, чтобы наш вид не распространился так сильно по нашей планете.
Есть множество мнений насчёт того, что происходит, когда мы пересекаем «финишную черту», и я не сторонник ни одного из них. Это загадка, которую никто так и не решил, и непонятно, решит ли её кто-то когда-нибудь.
Но если разделить жизнь на серию событий поменьше, то получится хотя бы догадаться, как же ощущается этот переход. Каждая такой кусочек когда-нибудь кончается. Мы можем это осознавать или не догадываться об этом, но мы рано или поздно достигнем конца во всём, что мы делаем.
Представим обычный день в жизни… Игоря:
Мы и так разделили его день на небольшие промежутки времени, но можно ещё сильнее углубиться в подробности. Например, рассмотрим промежуток, в течение которого Игорь отдыхает с женой и пятилетним сыном после ужина:
Из этих четырёх рутинных событий некоторые будут продолжаться дольше остальных. Если Игорь останется в браке, то, скорее всего, будет мыть вместе с женой посуду до конца своих дней. Это рутина, на которую они оба согласились, и прервётся она только тогда, когда кто-то из них заболеет или умрёт. Такие вещи зависят от конечности самой жизни, а не от конечности отдельного момента.
Большая часть событий и рутинных дел не заканчиваются просто потому, что кончилась жизнь. Они кончаются из-за смены обстоятельств: люди вырастают, узнают новое о мире и о себе, меняют своё мировоззрение и адаптируются к разным условиям. Пятилетнему сыну Игоря когда-нибудь станет десять, и ему больше не захочется чистить вместе с папой зубы. Настанет момент, когда Игорь в последний раз поможет почистить сыну зубы, и это точно когда-нибудь произойдёт – через несколько лет или даже месяцев.
Это же можно сказать и про любое регулярное событие, даже про небольшие промежутки времени, из которых они состоят. Давайте разберём конкретный кусок про телевизор:
И разделим его на микромоменты, которые в общей сложности представляют собой вечернее семейное собрание у телека:
Да, когда-нибудь будет последний раз, когда Игорь сядет смотреть ТВ с семьёй, но гораздо раньше придёт конец тем микромоментам, из которых этот ритуал состоит.
Будет последний раз, когда его сын сядет ему на колени.
Будет последний раз, когда его сын попросит включить передачу про животных.
Будет последний раз, когда он спросит, почему киты такие большие.
И будет последний раз, когда он назовёт китов кетонами.
Игорю, конечно, будет надоедать то, как много раз сын спрашивал, почему кетоны такие большие, но в реальности каждое такое мини-событие очень важно. Этот период любопытности во всём может продлиться несколько лет, но точно когда-то закончится. Рано или поздно его сын поймёт, что киты и кетоны – не одно и то же, и что есть много вопросов, на которые ответов у Игоря нет. Последний раз для этих микромоментов однажды настанет, и Игорь даже не осознает, что это последний раз.
Тут мысли сами собой зайдут на все моменты моей жизни, и эмоции, которые почти всегда им соответствуют. Каждый момент несёт с собой разные чувства, но их ценность я понимаю только тогда, когда осознаю их конечность.
Это применимо ко всем аспектам жизни, и к работе тоже. Как личный пример, покажу все микромоменты, из которых состоит сессия написания поста:
Всё то, что отмечено красным – это те моменты, которые могут подбешивать. Попытки совместить куски текста и проверки целых абзацев – те места, где часто что-то идёт не так, как надо. Но будет последний раз, когда я буду это делать для одного конкретного поста (и в принципе для написания чего-то). И когда этот последний раз случится, я буду сам себе благодарен; всё-таки любой творческий проект делают стоящим именно проблемы, встреченные по пути.
Работа – лишь один из примеров этого явления. По моему мнению, самые трогательные микромоменты – те, которые мы переживаем вместе с семьёй. Есть значительное количество вещей, корень которых лежит в близких отношениях с людьми, которых мы не выбирали, что в итоге может давать чувства со всего эмоционального спектра – от вечной благодарности до жуткой фрустрации. Поэтому отрезок времени, проведённого с семьёй, может выглядеть похожим на это:
Я считаю, что мне повезло с любящими родителями, но у меня всё равно присутствуют те отмеченные красным микромоменты, когда высок фактор надоедания. Я сын с многолетним стажем, но похоже, что, вне зависимости от возраста, для мамы с папой я навсегда останусь маленьким ребёнком. Мне постоянно говорят, как что-то делать лучше (например, мне недавно сказали забыть всё, что я знаю о стирке), что делать с режимом питания (мне недавно говорили, что я слишком много пью воды), и как одеваться, если на улице холодно.
Мои родители желают мне только лучшее, но, скорее всего, им трудно совместить воспоминания, когда я был беспомощным ребёнком, и реальность моей независимой взрослой жизни. Из-за этого возникают некоторые трудные моменты, когда они пытаются передать свои взгляды и привычки разуму, который уже давно не всегда и не все из них принимает. Каждый из нас хотя бы раз это испытывал, вопрос лишь в том, в какой степени это ощущалось.
В моём случае очень важно помнить – то, что родители делают для своих детей, они делают потому, что любят их и стремятся о них заботиться (я надеюсь, что у всех вас так же). Да, бывает, что чувствую себя неудобно, когда папа даёт мне невыносимо тёплую куртку, когда на улице чуть прохладно, но ему правда важно, чтобы мне было тепло, иначе бы он её мне не дал. Есть очень немного людей, которым не всё равно на то, тепло тебе или нет, и я должен быть благодарен за то, что у меня в жизни такой человек есть.
Но чтобы перспектива никуда не делась, проще всего вспомнить, что когда-нибудь настанет последний раз, когда мой папа напомнит мне надеть ту куртку. Будет день, когда снаружи не очень холодно, и я посмотрю на куртку, желая ещё один раз, когда папа поможет мне её надеть. Да, то, что когда-то мне надоедало, может стать тем, за что я готов отдать что угодно, но этот момент вернуть не получится никакими усилиями.
С пониманием конечности всего в жизни начинаешь видеть вещи, которые может увидеть только более мудрая версия себя. Если бы я знал, что когда-нибудь стану скучать по действиям, на которые никогда не заострял внимание, как можно было бы осознанно снова оставить их в покое? Возможно, лучший способ начинать каждый момент с чистого листа — не переживать его заново, а помнить о финише, который ожидает каждый из них.
