Это будет дополительный подраздел в раздел про источники верного познания: Кому можно верить (схерали…)?
Эвиденциальность
В некоторых языках существует такая категория, как эвиденциальность. Эвиденциальность – это семантическая категория, с помощью которой говорящий указывает на источник получения информации.
То есть в ряде языков на уровне грамматики должно быть явно указано, каким образом говорящий узнал о том, что говорит. Эвиденциальность грамматически встроена и является обязательной для оформления речи в языках тибето-бирманской группы, африканских, языках американский индейцев. А вот в языки индоевропейской группы (русский, английский, немецкий, французский и т.п.) эвиденциальность как часть грамматики не встроена [5]. Она передается фразами типа «есть мнение», «авторитетные источники заявили», «без сомнения можно утверждать», но они не являются обязательными и вообще многим кажутся избыточными.
В языках с эвиденциальнстью, встроенной в грамматику, фраза без указания источника информации будет резать слух носителю языка также, как если бы носитель английского языка начал слышать фразы без артиклей или носитель русского языка слышал бы речь в которой исчезли падежи (все слова были бы по умолчанию в именительном падеже) и спряжение глаголов (что совершенно нормально, например, для китайского языка):
Мы гулять в лес и там увидеть белка с она дети. У нас не быть с собой орехи, но мы кормить они яблоко. Они есть, а потом убежать.
В качестве примера с наиболее развитой эвиденциальностью приводят язык туюка [6]. В этом языке источник информации передается суффиксом и может быть следующих типов:
- Визуальное свидетельство (я это видел),
- Невизуальное свидетельство (я это слышал),
- Вещественное свидетельство (я вижу доказательства этого),
- Пересказывательность (мне об этом сказали),
- Умозаключение (я предполагаю это на основе своих выводов).
В википедии есть пример одной и той же фразы на языке туюка в зависимости от источника информации:
- díiga apéwi — он играл в футбол (я это видел).
- díiga apéti — он играл в футбол (я это слышал.)
- díiga apéji — он играл в футбол (я вижу какие-то свидетельства, например отпечатки его обуви на площадке).
- díiga apéjigɨ — он играл в футбол (мне об этом рассказали).
- díiga apéhĩji — он играл в футбол (я это предполагаю, например, потому что он всегда играет).
То есть, в принципе нельзя сказать фразу «он играл в футбол» без указания источника познания.
В тибетском языке (наряду с санскритом – это основной язык буддийских текстов) также существует эвиденциальность в которой наряду с прочими существует эгофорическая форма [7], то есть, когда говорящий сам является источником информации и (как минимум частично) совпадает с предметом высказывания. То есть, фраза «Менеджеры проектов не высыпаются» будет звучать по-разному, в зависимости от того:
- Видел ли сам говорящий менеджеров, которые не высыпаются,
- Слышал ли о таких менеджерах или читал об этом в книгах,
- Думает ли он так, основываясь на каких-то косвенных признаках и свидетельствах,
- Он сам является одним из этих менеджеров и не высыпается (это и есть эгофорическая эвиденциальность).
Очень удобно! По мне было бы еще здорово, если бы при употреблении научных терминов, например из нейробилогогии правила грамматики требовали указывать уровень компетенции в теме. Типа фраза: «Это – мой способ получать быстрый дофамин» строилась бы по-разному доктором наук и тем, чьё познание темы ограничено просмотром нескольких коротких видео.
Ого, новая нотация для улиток!